Научный путь Павлова. Глава четвёртая. Физиологическая фабрика, или человек, который создал школу
… Я употребляю слово «мы», т. е. говорю от лица всей лаборатории.
И. П. Павлов
Если я возбуждал, направлял и концентрировал нашу общую работу, то в свою очередь сам постоянно находился под влиянием наблюдательности и идейности моих сотрудников.
И. П. Павлов
Физиологическая фабрика
Ещё в лаборатории Боткина Павлов проявил себя хорошим организатором научной работы. Когда он получил собственную лабораторию в Институте экспериментальной медицины, его талант развернулся. Он ввёл совершенно новую организацию научного процесса, своего рода «физиологическую фабрику», где множество опытов шло параллельно.
Для работы привлекали соискателей-практикантов — не специалистов-физиологов, а простых врачей, желающих защитить докторскую диссертацию (что давало существенные карьерные преимущества). За два года такой практикант под руководством Павлова и его ассистентов мог провести самостоятельное исследование по предложенной ему теме.
После революции в лаборатории стало меньше врачей и больше учёных, и штат лаборатории стал более стабильным. Открытая атмосфера в лаборатории, постоянные обсуждения всего происходящего и общее руководство Павлова позволяли сохранять общее направление исследований, уточнять и развивать результаты.
Научная школа Павлова
Вместе с И. П. Павловым в его лабораториях продуктивно работало около 250 специалистов не считая стажёров из-за рубежа. Всего под его руководством было защищено 296 диссертаций.
Павловская сессия
После смерти И. П. Павлова с физиологии как будто сняли неприкосновенность. Идеологические разногласия между его учениками и последователями накапливались, давление государства, столько лет терпевшего диссидентство Павлова, возрастало.
28 июня по 4 июля 1950 года в Москве, в Доме учёных проходила так называемая Научная сессия, посвящённая проблемам физиологического учения академика И. П. Павлова (Павловская сессия).
Это был целенаправленный удар со стороны группы физиологов (во главе с К. М. Быковым и А. Г. Ивановым-Смоленским), которые хотели получить монополию на «истинно павловское учение» и устранить конкурентов с использованием партийных рычагов.
Под каток попали великие учёные: академик Орбели, Бериташвили, Анохин, Рожанский. Было сказано, что они «извращают учение Павлова», «недооценивают роль слова», «находятся под влиянием западной лженауки». В общем, стандартный набор обвинений.
Разгром физиологии был не так масштабен и всеобъемлющ, как разгром генетики на лысенковской сессии ВАСХНИЛ, однако Орбели сняли со всех постов, его школа была разгромлена, многие учёные остались без работы. Анохин был отправлен в Рязань в ссылку. Только к 1955 году началась постепенная реабилитация.
